Что будет с экономикой в ближайшие 20 лет?

1mir

Мы живем в историческое время, время перелома тектонических плит экономического уклада западного мира. Анализ представленный Rothschild Wealth Management указывает на патовое состояние нынешней экономической системы. Три из четырех возможных вариантов развития, которые видит Ротшильд, говорят о забвении докризисного сценария долгосрочного экономического роста. Куда идет мир? Что  будет с экономикой в ближайшие 20,30, 50 лет?   Ротшильд вырисовывает четыре возможные  сценария развития мировой экономики:

1) Возрождение Америки и возврат реальности экономического роста, снижение долговой нагрузки.;

2) Депрессия, рецессии и дефолты. Хаос экономической системы в мире.

3) Сохранение текущей экономической ситуации. Слабый неубедительный экономический рост, нулевой рост реальной экономики, тот же уровень долговой зависимости.

4) Новый валютный рост инфляции и стимулирование экономического роста. Принимая во внимание нынешнее состояние долговой нагрузки, как на человека, так и на западные государства, учитывая долговую взаимозависимость,  не понято каковыми будут мотиваторы экономического прорыва данного варианта развития мировой  экономики.  Как без потрясений перейти из сегодняшнего дрейфа экономической системы в никуда, в русло данного варианта развития.

По мнению Rothschild Wealth Management существует малая вероятность розыгрыша как розового сценария возрождения Американской экономики, так и черного варианта новой великой депрессии. Наиболее вероятным сценарием на будущее, по их мнению, является сохранение статус-кво. Монетарная политика мировых ЦБ останется сверхмягкой, реальные ставки в большинстве западных стран уйдут в отрицательную зону, власти не решатся на борьбу с пузырями на рынках, экономический рост будет скачкообразным и неравномерным, а меры бюджетной экономии и необходимые реформы не найдут должной поддержки. На фоне старения населения планеты и пенсионного кризиса, близкого к нулю реального экономического роста,  оседающего в карманах богатых, вариант экономического дрейфа в никуда имеет опасные структурные последствия для западной экономики в целом.

Дело даже не в том, что мировая реальная экономика буксует уже не первый год, а в том что, слабый экономический рост и массовая безработица среди молодежи на западе впервые поставили под сомнение казалось бы общепринятую экономического аксиому, того что будущее поколение будет жить богаче то есть лучше чем нынешнее. Вот на этот факт стоит обратить внимание. Именно эта точка и является точкойбифуркации, началом обратного отчета революционного  изменения экономической парадигмы в целом.

Мы стали свидетелями первых симптомов разрыва между западной системой ценностей, базирующейся на самореализации индивидуума и реальной возможностью осуществить это в пору экономического кризиса.  Так как экономике в этом процессе было уделено центральное место, а реальная, не финансовая экономика, отказывается выйти из кризиса то, и происходит диссонанс между желаемым и действительным. В рамках западной системы ценностей консенсусом является положительная корреляция между ростом богатства человека  и его субъективным ощущением удовлетворения жизнью и даже счастья.Экономический достаток и возможности потребления  являлись как эталоном замера, так и  инструментом для реализации своего я в обществе. Другими словами ВВП на душу населения получил роль главного индикатора измерения состояния человека. Под этой эгидой мы создали религию потребления: я потребляю, значит, я существую.

Культура потребления подпитывалась развитой системой кредитования. Мы приучили поколения людей жить на деньги, которых реально у них не было. Финансовый кризис 2008 года и последующий экономический кризис спутал карты бесконечного экономического роста. Мировая экономика как корабль с поломанным двигателем находится на вынужденном дрейфе уже больше семи лет. Двигатель работает, финансовая система ревет на полную мощность, побивая новые нереальные рекорды биржевых индексов, движение в реальной экономике, реальном экономическом росте близко к нулю. Пятидесятипроцентная безработица образованной молодежи западной Европы, мало оплачиваемые альтернативы занятости, на первых парах ввели целое поколение в шок.

Принимая во внимание грядущий пенсионный кризис, который волей-неволей молодое поколение будет вынуждено финансировать, будущее европейцев и американцев уже не сулило большие экономические перспективы. Шансы осуществить американскую мечту и экономически реализовать себя снизились многократно.Впервые, западная молодежь столкнулась с реальностью, при которой они хотят, но не могут реализовать себя экономически. Вот это и является точкой обратного отсчета потребительской экономики.

Как известно, свято место пусто не бывает. Человек наделен умением адаптироваться к сложным ситуациям. Поняв, что на экономической стезе светлое будущее ей не сулит, западная молодежь стала искать другие способы генерировать счастье. То, что начиналось как вынужденные попытки экономически продержаться привело к возникновению новых интересных форм и бизнес-схем. Совместное потребление, банки времени, бартер формы, модели вторичного использования, все эти схемы по своей идее не новы, просто в докризисный период выглядели крайне непривлекательно на фоне экономики индивидуального потребления.  Если раньше, маленькая группы идеалистов пользовалась этими схемами, каждый согласно своей адженде,  то сейчас, в первых раз, эти модели вошли в применение не из-за идеологических причин, а из-за экономических затруднений.

Если попытаться привести к общему знаменателю все эти формы, то можно сказать что важнейшим элементом шеринговой экономики является социальная интеракция. Вот на этом моменте стоит заострить внимание. В то время как в потребительской экономике деньги являлись универсальным эталоном и инструментом достижения цели индивидуума, то в шеринговой экономики уделяется большое внимание человеческим отношениям.

Как многие из открытий в науке были сделаны случайно, так и в примере с шеринговой экономикой , вынуждено вступая в связь с другими людьми при обмене товарами или услугами западный человек стал чувствовать полезность от самой связи с посторонним человеком. Из побочного продукта шеринговой экономики полезность от человеческих отношений становиться основным мотиватором данной экономики.

В последние годы вышло немало исследований показывающих, что у хорошо налаженных отношениях между людьми есть экономический профит, есть экономически измеряемая полезность. Самое интересное, что улучшение социальная интеракция способно изменить функцию неприятия риска отдельного индивидуума.Неприятие риска это желание индивидуума застраховать себя от различных форс-мажорных ситуаций, среди которых человеческому фактору уделена одна из ведущих ролей. Мы давно смерились с данной ситуацией  оплачивая эту премию во всех сферах нашей экономической жизни.

Посредством улучшения социальной интеракции мы способны снизить эту премию. Вот именно у этих изменений, в долгосрочной перспективе, есть сила ядерного взрыва для нынешней экономической формации. Можно представить, как бы выглядело равнове́сие Нэ́ша в дилемме заключенного, если бы удалось изменить функцию неприятия риска. Какие бы экономические последствия это изменение могло бы иметь для мировой экономики.

Я не пытаюсь петь дифирамбы шеринговой экономике. Она относительно примитивна, и долгосрочной перспективы развития не имеет, но так же как в свое время случайным образом был выведен пенициллин, так и шеринговая экономика совершенно ненамеренно послужила катализатором процесса итогом которого стало выделение нового экономического ресурса, социальной интеракции между людьми, ресурса, не существовавшего в предкризисном мире.

Я не имею в виду теорию групповой работы и различные экономические дивиденды от правильных отношений между людьми в рамках существующей экономической системы, я говорю о социальной интеракции как цели, как наполнителе человека, как продукте стоящим  автономно и имеющим свою  экономическую полезность. Если раньше самореализация человека и западная культура потребления были синонимами, то сегодня впервые появился добавочный игрок, элемент социальной интеракции, новая составляющая  вес которой в самореализации западного человека растет. Вот именно эта составляющая и является точкой бифуркации, первым сигналом смены приоритетов, вкусов индивидуума.

Западная экономика центральным маховиком которой являлось потребление среднего класса впервые сталкиваться не только с проблемами чисто экономическими порядка, но и самое главное с процессом изменения приоритетов нового поколения. Научившись потреблять меньше, заменив полезность потребления полезностью от отношений между людьми, молодое поколение делает сегодня первый шаг к смене  экономической парадигмы.

Игорь Литвинов

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

One thought on “Что будет с экономикой в ближайшие 20 лет?

  1. Огромное спасибо автору Игорю Литвинову за столь содержательное
    и довольно простое объяснение наших совремменных экономических реалий.
    Эпоха потребления — уходит, уступая место новым ценностям и приоритетам.
    Селяви!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *